Современная политическая ситуация стимулировала моду на духоподъёмное патриотическое кино. И как на этом поле не обратиться к теме Древней Руси? Разумеется, адаптаций по данной эпохе — не счесть, и здесь мы рассмотрим лишь два современных произведения: фильм «Злой город» (2025) и сериал «Князь Андрей» (2026).
В год начала СВО на экраны вышло «Сердце Пармы». Но этот фильм, как и первоисточник, был пронизан романтизацией сепаратизма и язычества, включал неоднозначный образ духовенства и довольно неприятный — московской власти в лице Ивана Бондарчука III. Возможно, на четвёртый-пятый год противостояния подобные нарративы в верхах поддерживать стало не комильфо, и потому нам были явлены произведения иного рода.
Фильм и сериал объединяет то, что российские патриоты и националисты отнеслись к ним плюс-минус положительно (в отличие от тех же «Хроник русской революции», которые стебали всем колхозом, в том числе и мы). Так что пришла пора добавить некоторой деконструкции.
«Злой город» — как нетрудно догадаться знающим историю, является экранизацией истории обороны Козельска от полчищ Батыя (1238). В источниках этот эпизод описан весьма лаконично, поэтому творцы изначально получили колоссальный простор для самодеятельности.
Системно фильм действительно не за что ругать. Это довольно простое произведение, с моралью в лоб без обеления Орды, что является глотком свежего воздуха, учитывая некоторые особенности культуры РФ в 2020-е. По фабуле и настрою фильм близок к «300-м спартанцам», чему трудно удивляться, ведь и расклад сил похож. Только здесь, в отличие от греко-персидской борьбы, одна из сторон — очевидно наша, православная.
Главным героем фильма является закалённый воин Ратша, ставший монахом по имени Даниил. Особым его скиллом является владение двумя мечами одновременно (один из высших талантов класса Warrior в WoW). Это типичный антигерой-думер с изломанной судьбой, столь любимый сердцу зрителей Балабанова и Николаса Рефна, чтецов манги «Берсерк», игроков в «Ведьмака».
Также в сюжете присутствует эталонная бой-ба... ну, скорее, бой-девица Весняна, по чьему амплуа многие проехались: уж очень сильно она подпадает под типаж Картонной Сильноженщины. Сперва эта дама тренировалась владению мечом наравне с мужчинами, потом попала в лапы ордынцам и пережила уже нечто в стиле «Груза 200» (для фильма 12+ это жестковато). После чего Весняна превращается в вечно молчащего из-за ПТСР терминатора в платье, по уровню мрачности не уступая Гатсу.
У Весняны в начале был жених Могута, который её и бросил в лесу на потеху монголам. Но ещё к ней подкатывал бородатый амбал Лютобор. А та его отшивала, говоря «ты мне как брат». Что за переложение тропа из молодёжных комедий про старшеклассника-неудачника на рельсы Руси XIII века?
Орда тем временем подступает к Козельску, начинаются военные перипетии.
Чтобы защититься от монголов, Ратша идёт к старому знакомому: разбойнику Берендею, который... тоже стал монахом! Его банда не желает быть «подментованной» (подружиненной?), и монах-воин вступает поединок с разбойником, а после его победы те соглашаются участвовать в обороне. От сюжетного хода веет остросоциальной повесткой. Правда, если имелась в виду некая ЧВК — опоздали на полтора года, она уже в немилости. А если отправление на фронт уголовников — получается... ну... как-то излишне мрачновато. Впрочем, разбойники здесь не людоедские, а в прикольные хаотик-нейтралы, вроде (капитана!!1) Джека Воробья с присными.
Главный герой, будучи монахом, проводит разные диверсии, сражается на дуэлях и в обычных сражениях. Да, все мы знаем о святых иноках-воинах Пересвете и Ослябе, но благословение им выступить с оружием в руках получено от преподобного Сергия Радонежского, по особому промыслу. Здесь же мы видим очевидную попытку заимствовать типаж мрачноштанного боевого церковника. В защиту персонажа стоит сказать, что его жизнь закончится мученичеством, как и у монахов на Куликовом поле [1] (это не спойлер, ведь мы понимаем: при взятии Козельска ордынцы применили тактику выжженной земли; впрочем, спасённые тоже будут). Попутно продолжает нарабатывать имидж Чёрного мечника в юбке и Весняна.
Также в фильме присутствует линия харизматичного разбойника под погонялом Улыба (помнится, в идиотском ремейке «Джентльменов удачи» был бандит Смайлик). Перед решающим боем наш антигероище добрачно совокупляется с одной из благочестивых девиц Козельска. Ах, какая романтика! А ведь это не поздняя РИ, где действительно могли быть случки на столе, а Русь XIII века. Помереть в состоянии смертного греха — дело незавидное, остаётся лишь уповать на прощение грехов в связи с гибелью за Православную Русь [2]. Разбойник, правда, не погибнет, но будет ли он венчан с дамой сердца хотя бы потсфактум, оставлено за кадром.
Короче, на выходе получается просто бинго из голливудской антигеройщины с сильно штампованным душком: монах-воин-ведьмак, бой-девка-мечница-Гатс, разбойники-на-стороне-добра. Хотя концовка, признаться, получилась сильной, и сопровождается финальный бой всё же канонической молитвой, а не каким-нибудь мрчноштанным гиканьем. В общем и целом попытка заимствовать тропы современной масскультуры, от тёмного фэнтези до романтических комедий, сделала фильм несколько кособоким. Также прошаренные критики отмечали несоответствие одежды, доспехов, оружия, погоды, местности, где стоит Козельск, и т.д. и т.п., но это уже не входит в юрисдикцию данной реценезии.
В сериале «Князь Андрей» про благоверного Андрея Боголюбского (ок. 1111–1174) заимствований из масскультуры, напротив, почти не видно. Тема более серьёзная и ответственная: о святом ведь снимают. Создателей в этой связи консультировали в том числе клирики РПЦ. В отличие от обороны Козельска, история князя Андрея, его родственников и окружения, прописана весьма детально. Но и в ней есть альтернативные версии и тёмные места, чем создатели попытались креативно воспользоваться.
Сперва в глаза бросаются великолепные пейзажи Владимирщины. Также создатели исправляют системообразующий баг: Андрея Боголюбского играет Александр Голубев, стопроцентный нордический светло-русый европеоид, чем рушит стереотип из горе-реконструкции Герасимова, по которой правитель был мало отличим фенотипом от Батыя.
Праваки, правда, увидели чудовищную крамолу в «многонациональных» речах матери князя (дочь половецкого хана в реале). Но для тех, кто не зациклен фанатично на поиске «новиопов» под кроватью, это не существенно. Хорошо показаны церковные обряды и утварь, сразу видно, что это не замызганная для антуража продукция из ближайшей храмовой лавки. Из минусов эстетики: критики подмечали излишнюю навозность здешних городских локаций.
Но в плане визуала повеселило другое. Правда, этот момент актуален только для тех, кто смотрит современные комедии и криминальные саги. Голубев чуть ранее играл ОПГшника Краба в «Лихих», а Артур Иванов (боярин Добрыня) — Джема (криминального авторитета, что под конец спивается и становится полным чудовищем). Роль боярина Кучки, основателя Москвы, исполняет Безруков, и здесь это... ну, просто Безруков с приклеенной бородой.
Брата Андрея, Ростислава, играет Евгений Харитонов, который из-за специфического типажа выступает постоянно в неприятном, скуфском амплуа, от следака-антигероя до педофила. Актёры сыновей Кучки — Артур Сопельник (Борзый в «Физруке») и Игорь Огурцов (альфач Шутов в «Школе» Гай-Германики). Из-за этого бинго собрания князей напоминают общаки братков со школьными хулиганами на подхвате. Понятно, что новых актёров в пробирке не выведешь под каждую ленту, но выглядит забавно.
Также в сериале присутствует, кроме исторической канвы, вымышленная линия: возможно, чтоб увеличить хронометраж. Заключается она, коне-ечно же, в любовной истории. Вымышленный персонаж, дружинник Найдён, безуспешно подкатывает к роковой красотке (ну-у, по меркам Владимира XII в.) по имени Рада, но, поскольку ведёт себя омежно, та выходит замуж за кузнеца. Ага, опять френдзона в Древней Руси! Кузнец оказывается типичным скуфом и домашним боксёром, его жинка начинает на этой почве колдовать, а Найдён всё подкатывает и подкатывает шары к даме сердца, в том числе вызывая её мужа на «стрелу».
Но к этой лавстори плюсуется ещё и реальный исторический персонаж, которого в сериале про Андрея Боголюбского, строго говоря, не быть не могло. Речь идёт о ключнике и телохранителе князя по имени (прозвищу?) Амбал (он же Анбал). По летописям данный деятель являлся то ли осетином, то ли евреем. Создатели явно выбрали первый вариант. В исполнении Александра Устюгова, хоть тот и не кавказец, Амбал выглядит вполне фактурно (амбально). Он даёт советы Найдёну в стиле гуру пикапа и сам при этом флиртует с какими-то дворовыми девками. Учитывая внешний типаж, получается невольная отсылка то ли на Позднякова, то ли на Маркаряна.
Но придирки к внешности в обоих случаях были бы не валидны, если бы не язык персонажей... ах, этот язык! Лексика в сериале просто бесподобна, насчитано за две серии: «тихушничать», «навести шороху», «пожамкать груди», «перепало» (в том самом смысле), «ссыкло» (!), «щас» через слово и, как венец творения — «ща» в речи благоверного князя.
Это местами гомерически смешно, но у сериала есть и проблемы посущественнее. Исторические странности присутствуют здесь с самого начала. И дело не только в мелочах типа излишне монголоидных половцев (они скорее всего были не чернее современных татар-булгар из Татарстана) и их масках, потыренных у персов из фильма «300» (маски у половецких воинов были, но не такие брутально-мрачные)... Это всё можно списать на художественный язык.
Серьёзнее тот факт, что в сериале проводится какое-то системное очернение князя Юрия Долгорукого (кто не знал, это отец Андрея). Он, конечно, не канонизирован, но всё равно за державу обидно. Да, допустим, в летописях Юрий характеризуется как полнотелый: но в исполнении Александра Балуева (бандитов он, кажется, не играл, но зато чекистов — не раз) Долгорукий является эталонным скотом и скуфом, постоянно заливающим шары (что делает его похожим на упомянутого Джема, реального авторитета из Хабаровска).
Бенефис Долгорукого происходит на сходке братков княжьем пиру. Да, то что князь приказал казнить боярина Кучку — более-менее достоверный факт. В летописях сказано, это сделано за некую «дерзость» владельца будущей столицы. То есть в реале Кучка мог первым начать хамить Юрию или что-то такое. В сериале же чинный и кроткий, как его лжемессианский герой-хиппи в сериале Бортко, Безруков лишь отвечает на тирады Долгорукого. Когда тот рявкает «все вы здесь псы!», Куча вполне резонно и благородно говорит: «я не пёс». И за это его мочат прямо на пиру, шо этого вашего Робба Старка. Хотя в источниках указана казнь, а казнь вполне предполагает суд. В дальнейшем поведение Юрия сливается в кашу из разнообразных быдло-наездов на всех подряд.
Стоит отметить, что деятельность св. Андрея, напротив, описана в приличных тонах. Показана и его разумная жёсткость, и моменты крайнего христианского милосердия, граничащего с «прогрессорством» посредь навозных веков (строгий запрет своим воинам издеваться над пленными). Немало внимания уделено храмо- и градостроительству во Владимирской Руси с подачи князя, его связям с греками. Как ни странно, но в сериале, где правитель-централизатор из будущей Московии берёт Киев в союзе с южанами, совсем не выпирают уши современной повестки.
В сюжете присутствует и прелюбодеяние, но его здесь, к чести авторов, не смакуют. Виновница грешной связи под конец уходит в монахини. Что касается многострадального короля френдзоны, он в конце найдёт семейное счастье, сыграв троп «Бетти и Вероника» (выберёт добрую и скромную Бетти).
Под конец знатокам истории предлагается наблюдать, как создатели строили сюжет, опираясь на некоторые неясности в биографии князя Андрея. Например, существует версия, что к гибели правителя была причастна его жена Улита. Почти до конца сюжета приходилось ломать голову: ну когда же, когда она начнёт поворот налево? Но этого не случилось: в сериале отыграли другую, не слишком достоверную версию (хотя и про Улиту особых пруфов нет), и для нашей эпохи, кстати, — неполиткорректную до крайности. Также изменены акценты в отношениях св. Андрея с единокровным братом Всеволодом (который в будущем — Большое Гнездо).
Как и в случае со «Злым городом», финал производит сильнейшее впечатление. Отыгрались за все ляпы! Автор этих строк реально прослезился. Стот ли вообще играть святых, вопрос отдельный [3], но Голубеву всё же удалось перестать быть Крабом и показать собою русского князя. Также изменили судьбу Амбала. В источниках он тянет на главного Иуду по отношению к Андрею и не представляет интереса, здесь же производит впечатление трагически заблудшего антизлодея, о котором тоже хочется поплакать, вроде какого-нибудь Комедианта из «Хранителей», Нигана из «Ходячих мертвецов» или Грома Адского Крика из Варкрафта. В реальности Амбал был казнён Всеволодом через пару лет за предательство, здесь же его смерть иная, и люто прошибает на слезогонку.
Вот такие два примера современного кино о XII-XII веках на Руси. Видно, что авторы стараются и не жаждут поплевать на историю страны или очернить святых, но вольное обращение с источниками и попытки осовременить зрелище порождают на этом поприще некоторые нелепости.
Примечания:
1) По поводу Осляби, впрочем, есть две версии: что он погиб либо что вернулся в Троицкий монастырь и мирно почил там позже.
2) Это не подкол. Слова патриарха Кирилла о прощении грехов погибшим в бою за Русь Святую вполне подтверждаются Священным Преданием, например, о похожем говорил свт. Макарий Московский в связи со взятием Казани.
3) Вопрос этот сложен, contra говорят законы поздней РИ, о чём можно почитать здесь: https://cyberleninka.ru/article/n/otnosheniya-pravoslavnoy-tserkvi-i-kinematografa-v-rossiyskoy-imperii . При этом, скажем, сщмч. Даниил Сысоев, хвалил фильм «Царь» и исполнение роли свт. Филиппа Колычёва в нём Олегом Янковским, также с благословения высших церковных органов снимаются байопики про прп. Нектария Эгинского, прп. Паисия Святогорца, не вызывая протеста и у церковных фундаменталистов.