Неотения в биологии — сохранение детских черт у взрослой особи. Самый известный пример явления — аксолотль (неотеническая личинка амбистомы).

Неотения в социально-философском смысле — несерьёзность и легкомыслие в культуре, науке, политике и пр.

Термин введён испанским философом Хесусом Маэстро, популяризирован в российской церковной среде некоторыми авторами-антимодернистами. Первый автор, правда, христианином не является [1], но нам не впервой анализировать «внешних мудрецов». Да и проблема неиллюзорна и была описана в разных формах неоднократно.

Как выразился автор заметок по теме Максим Взоров, 

«Неотения» — это как бы забвение о взрослости, о том, что всегда существовал такой, скажем так, модус бытия, и он всегда возвышался над юностью и детством. Бунт против взрослости, непонимание того, зачем она нужна, ведь от нее неприятности.

Нетрудно догадаться, что в т.н. «прогрессивном» обществе сие явление крайне распространено и крайне одобряемо.

К неотенической культуре можно отнести поверхностную философию постмодерна, научпоп, современную психологию, культ юмора и смеха, обращение к масскультуре (Поттер, Звёздные войны, Матрица и пр.) как чему-то глубокому и важному... наверное, общий вайб, как модно говорить (в т.ч. у неотенистов), вы уловили.

Понятие неотении во многом напоминает «соевость», пересекается с явлением «клипового мышления», концептом «свободы от» (в противовес «свободе для»), а также с нашим любимым термином «антиповедение» (но оно не всегда неотеническое: бывает ритуальное антиповедение, криминальное и пр.). В общем, тут легче интуитивно понять смысловое поле.

Олдовый ЖЖшный автор А. Б. Покой пытался ввести для похожего явления термин «няшизм»; правда, популяризировать слово не смог:

Отличие няшистов от собственно людей очевидно: люди образуют общество, няшисты же его терпят. Люди волнуются о происходящем в мироздании – няшисты им выборочно интересуются. Для людей существует добро и зло. Няшистская мораль имеет свою шкалу, отрицательной максимой которой выступает запара, а положительной – игра с фантиком после сытного обеда.

Няшизм провозглашает своей целью освобождение своих последователей от человеческой сущности – через превращение их в холощёных декоративных персонажей, которых этим волосатым двуногим почему-то приятно держать. При этом, подобно своему тотему, няшисты всячески демонстрируют независимость, гордо пишут в блогах о своей социофобии и время от времени мяукают у входной двери на тему, как бы резво они пустились в тёмный лес, когда б их выпустили на волю.

Максимально близкое суждение в современной святоотеческой мысли можно найти, пожалуй, у прп. Серафима (Роуза):

Такая жизнь становится постоянным поиском «развлечений» (fun) — это слово, кстати, было совершенно неслыханным в любом другом словаре; в России XIX века или в любой другой серьезной цивилизации просто не поняли бы, что означает это слово». Жизнь — это непрестанный поиск «развлечений», которые настолько лишены всякого серьезного значения, что житель любой страны XIX века, глядя на наши популярные телепрограммы, парки аттракционов, рекламу, кинофильмы, музыку — практически на любой аспект нашей современной культуры, — подумал бы, что попал в страну каких-то безумцев, утративших всякую связь с повседневной реальностью. Мы часто этого не учитываем, потому что живем в этом обществе и воспринимаем его как данность.

Проблема обозначена, посмотрим на вехи и итоги.

Неотения в культуре

Продление юности людей в цивилизованных странах со второй половины XXI в. — процесс во многом объективный. На это повлияло повышение срока жизни, отсутствие масштабных войн после Второй мировой, более долгое образование, позднее создание семьи. У каждого времени есть свои черты, но есть и специфический дух времени, проявленный в культуре. 

Советская культура официально была, разумеется, зверски серьёзной и моралистической (хотя, например, М. Взоров относил пионерию к неотеническим явлениям). Но под фасадом «сусловщины» скрывались иные чаяния. Например, культовый сеттинг «Незнайки» повествует о неотеническом обществе, а Луна является скучным взрослым миром с политиками, полицейскими, зеками и пр. Сам протагонист является большим инфантилом, чем окружающие, но даже это в конечном итоге оказывается симпатичным и в чём-то полезным. Крайне неотенична адаптация «Бременских музыкантов»: да, сюжеты об уходе царской дочки к младшему сыну-дураку или харизматичному бродяге — появились не в Совке и не на Западе, но здесь появляется выраженный мотив бегства от скучной жизни, олицетворяемой Королём (очернение образа монархов в советской и неолиберальной культуре — отдельная тема). Настоящим гимном неотении является фильм «Ирония судьбы», где героиня уходит от скучного внешторговца к обаятельному инфантильному пареньку, с которым знакома несколько часов. 

Кристаллизованным примером неотенического произведения является не самый популярный аргентинский мультфильм 1983 г. «Ико —  отважный жеребёнок». Он действительно ламповый и трогательный, а потому и воздействует сильно. Сюжет заключается в том, что дикий лесной жеребёнок Ико хочет стать королевским конём, но сталкивается во дворце со скотоподобными тупыми феодалами из навозных веков, а в конце бежит с дочкой королевского скакуна обратно в лес, где все зверушки мило воркуют и танцуют (в реале животные вообще-то жрут друг друга, борются за территории, самок и пр.).

Басня, если присмотреться взрослым взглядом, абсолютно бессмысленная, ведь в дрессировке животных нет политической морали, если вы не профессиональный зоошиз (в мультике животные и люди общаются меж собой свободно), а в жизни самих животных — нет осознанных развлечений. Если была это аллегория, скажем, на бунт крестьян, то басня всё равно кривая. Ведь цель крестьян, получивших гражданские свободы — не жизнь в лесу с постоянными плясками. Что интересно, М. Взоров в заметках указывал в качестве одного из свойств неотении — желание стать животным, приводя в пример Бриджит Бардо, которая хотела в следующей жизни переродиться в коня (тут вспоминается пошлый стишок про кошек, собак и справление нужды).

В свете исследования ясно — это и есть рассматриваемое явление. Что  интересно, мультик был забанен в Аргентине при правом режиме. По обрывочным сведениям (которых нет на русском, и их приводит сайт Посмотре.ли) — из-за связей композитора с коммунистами, но это неточно. Может, власти не оценили пасквиль на монархические государства (в мультике есть дополнительная линия-флэшбек, где безумный король захватывает всех соседей, а потом отливает колоссальный колокол... просто потому, что гладиолус).

Из ключевых неотенических произведений можно назвать фильм «Аватар» (2008). Впрочем, он является перепевкой в т.ч. «Долины папоротников» (1994). Там и там существа, живущие «в гармонии с природой», выступают против заведомо гадких хуманов, занимающихся индустриализацией (которая не есть грех сама по себе). Причём в «Долине...» в качестве главгада присутствует злой дух, а в «Аватаре» люди и без этого являются козлами тройной отгонки. Кстати, статья в ЖЖ про няшизм — создана именно под впечатлением от «Аватара». Интересно, что неотению могут смешивать с полезными качествами человека. Например, в сериале «Теория большого взрыва» гениальные учёные являются неотенистами тройной отгонки (обожают соевую культуру, инфантильны в психологии). Так чему это гимн — науке или неотении? Астрофизиками, как Шелдон, станут единицы из миллиона, куда легче перенять от героев любовь к настолкам и «Стар Треку».

Понятно, что даже в ультра-повесточной культуре последних лет есть самые разные произведения, и не всё здесь заточено под неотению; но некая тенденция существует. Скажем, образ «чудака, который обошёл скучных нормисов» стал практически общим местом. Да, Ивана-Дурака, как сказано выше, любили и в древности, но не было речи о поставлении этой модели на поток.

Неотения в политике и субкультурах

Первыми отчётливыми сторонниками неотении в обществе стали, разумеется, левые. Точнее, новые левые. В отличие от социалистов старого образца, их кредо — «праздник непослушания». Вудсток, современное искусство, секс-революция, наркотики, рок-н-ролл. Неотенична в корне неформальная культура — от «попсовой» (стиляги) до экстремальной (тёмные жанры музыки или увлечение монстрами из Лавкрафта как правило являются банальным развлечением, частью «пластмассового мира»: этот оборот, кстати, употреблял не только Егор Летов, но и прп. Серафим Роуз). 

В правом движении XX века существовала стойкая неприязнь к «развлекательной культуре»: выпады против неё можно найти у И. Ильина, Ю. Эволы, А. Солженицына (это не значит, что все они правы во всём, особенно второй, но общее место примерно такое). Старый правый движ в постсоветской России мог быть относительно приемлемым для ортодокса, а мог — еретическим, людоедским, дуболомно-тупым. Но он всё же не был неотеничен, поскольку важную роль в нём играла истина, категории добра и зла, установка на «очищение» общества (для неотениста отсутствие релятивизма — это абсурд и ужас).

Национал-демократ Егор Ершов ещё на сайте «Спутник и Погром» возмущался «трагическим недоразумением», что «русские скины били русских нефоров» (а не только мигрантов). На самом деле никакого недоразумения нет: здесь столкнулись два модуса отношения к жизни. В 2020-е возник забавный спор между старым правым Басмановым (брат небезызвестного Поткина, главы ДПНИ), который не понимал, зачем защищать полумифических «квадроберов», и националистами новой волны, которые встали за тех стремительным домкратом. 

Неотению в правый движ на системном уровне (а не чисто эстетическом, как всякие приколы от Троицкого-Паука) внёс в русскую правую среду вышеупомянутый движ Егора Просвирнина. Это выразилось, например, в непривычном для прежних правых (даже антирелигиозных!) векторе на крайнюю терпимость (если не приязнь) к однополой теме и к абортам. Даже для не христианского правака старой формации эти вещи как правило были признаком и причиной упадка нации. Поддержка подобных явлений — можно предположить, не осознанная богословская и политическая позиция, а следствие неотении, выраженной в кредо Пожить-для-Себя.

Практически весь движ «новых правых» — неважно, про-СВОшный или оппозиционный, если не с ненавистью, то холодно относится к бюрократии, армии (кстати, не «к войне»: войну многие правые обожают до военной социопатии, только в формате каких-нибудь «вольных орденов»), деторождению, ну и, разумеется, организованной религиозности. Можно списать какие-то из свойств на внешние факторы (нежелание плодиться — из-за экономического упадка и пр.), но получается как-то слишком уж системно. Также в этой среде процветает крайняя неприязнь к самому понятию старости, во всех бедах России винят «геронтократов». Иногда в этой среде пробивается более взвешенное мнение, например, у С. Зверева:

Обвинения насчёт высоких возрастов как таковых, не всегда уместны, длительное сохранение должности за К.П. Победоносцевым не препятствовало самому значительному положительному развитию в подведомственной ему сфере. Однако и Победоносцев не имел подавляющего влияния относительно других министерств. Много обвинений за возраст предъявляли и позднему И.Л. Горемыкину, в случае которого на примере Первой мировой войны не видно никаких признаков чего-то схожего с застойной брежневской деградацией. Это касается и возраста Р. Рейгана. Поэтому социалистический вампиризм не связан с одним лишь старческим состоянием, а с указанным ложным морализмом и содержанием советской идеологии как таковой. Эти вредные идеи разделяют представители самых разных возрастов, поэтому примитивные поколенческие теории и расчёты на молодёжь постоянно проваливаются. 

Бывает и обратная ситуация: когда в заведомо неотеническом, направленном на Пожить-для-себя движении, появляется тот, кто хочет его сделать «взрослее», идеалистичнее. Например, Варракс в субкультуре сатанистов (сатанизм запрещён в РФ). Это стремление выливается в «крестовый поход» против «позёров», а потом в уход назло им в правый движ и/или на патриотическую сторону дихотомии. Борьба эта в сущности бессмысленна и проигрышна, поскольку внутренне противоречива, груз старых идей тянет на дно, а бывшие соратники считают продавшимся системе посмешищем, и со своей стороны они вполне последовательны. 

Современный левый и правый движ сливаются до неразличия в единый, неотенически-революционный. Картинными примерами является революция в Непале (2025) и выступления во Франции (2026). Не социальные или национальные требования, а некие неудобства становятся поводом для выступления. Бунты на постсоветском пространстве с 2000-х годов также пронизаны неотеническим духом чуть менее, чем полностью. Егор Ершов как-то сказал, что миллениалы и зумеры вышли на Болотную и подобные площадки из-за «ельцинских учебников», где было сказано, что «они здесь власть». Спорно, являются ли для детей и подростков авторитетом учебники (в нашей культуре скорее наоборот), и есть резон предположить: эти люди скорее посмотрели на героев-неотенистов и решили, что в угнетённом состоянии жить нельзя.

Разумеется, это не делает революции «старого» образца чем-то хорошим. Речь о том, что теперь для революции не нужна даже толком контрэлита. А власть юнцов, между прочим, по Библии является проклятием для народов:

И поставлю юношей начальниками над ними, и дети будут господствовать над ними (Ис. 3:4)

И да, речь идёт не о самом возрасте. Свт. Василий Великий толкует этот отрывок так:

Необузданные вожделения, зверский гнев, опрометчивость, наглость, высокомерие и надменность суть страсти, неразлучные с юностью; ей свойственны зависть к превосходному, неосновательное мнение о своем собственном; бесчисленный рой зол сопряжен с юностью, и подчиненные по необходимости должны вкусить всех этих зол, потому что пороки начальников служат бедствием для подчиненных. Поставлю юноши князи их. Блага возвещены в единственном числе: крепкаго и крепкую, человека ратника, судию, пророка, смотреливаго, пятьдесятоначалника, дивнаго советника, премудраго архитектона и разумнаго послушателя; а угроза бедствиями возросла до множества: юноши князи и ругателие господствовати будут вами. Подразумевается же не юный возрастом, но незрелый по нравам, ибо не тот во всяком случае достоин порицания, кому немного лет, но тот, у кого жизнь проводится в страстях...

В конце концов, многие святые с детства проявляли рвение в вере больше, чем у взрослых, будущие канонизированные князья женились и воевали в возрасте современного старшеклассника. Так что здесь как раз речь о духовной незрелости, о теме этой статьи.

Реванш дивного народца

По совокупности признаков неотенические личности и общества напоминают тех, кого звали дивным народцем. Это буквально вечно молодые существа, чья жизнь состоит в бесконечных развлечениях и проказах, иногда — весьма жестоких. Те, кто изучал фольклор не по приглаженным мультикам, знают, что оригинальные фейри — те ещё социопаты, занимающиеся, например, похищением и подменой детей.

Живут фейри в сказочных странах, где не работают законы «скучного взрослого мира». Разумеется, среди них есть и некая аристократия, семьи, но в целом свойство сказочных стран aka антимира — отсутствие бытовых неудобств, рутины и пр. 

Промежуточным звеном между аутентичным фольклором и современным фэнтези можно считать «Питера Пэна». Он является очевидным представителем дивного народца, а в его мире живут вечные дети. Бинго! Преемственность Коротышек из вселенной Носова от фейри также очевидна (через книги П. Кокса и А. Хвольсон: ну такое вот импортозамещение в Совке, как в наше время россиянские супергерои и прочие Защитники). В «Долине папоротников» живут буквальные феи, а в «Аватаре» на'ви — анималистичные и близкие к природе создания, говорящих животных тоже можно сюда приплюсовать; так что в сущности всё это — один архетип.

В общем неудивительно взаимное притяжение оккультных, неформальных, революционных, гиковских кругов, вплоть до состояния полного смешения. 

И в этой же главе мы перейдём к объяснениям, почему неотения вредна, в т.ч. попытавшись объясниться с людьми не христианских взглядов.

Действительно, на все рассуждения внешний наблюдатель может ответить в стиле сакраментального: «и чё?». Для человека не-идейного вред инфантилизма и идей «вечного кайфа» совершенно не очевиден. Нейтральный хладнокровный наблюдатель может сказать, что это просто веяние времени. В варваском мире любили бесконечно воевать, сейчас любят бить монстров на приставке, наоборот, хорошо же.

В вымышленных мирах существует некая действенная упорядоченная магия, другие планеты с фантастическими ресурсами, говорящие дружелюбные животные и прочие способы поддерживать неотеническое общество в полном здравии. В реальном мире таких обоснуев не водится, и поэтому неотеническое общество либо начнёт пожирать себя (как некоторые сообщества релокантов-свободолюбцев), либо паразитировать на «скучных нормисах», как фейри — на простецах-крестьянах. 

Если предыдущий пункт вас заставил усмехнуться, ведь в этом уравнении неотенист — вы, и на пашущее на вас быдло вам начхать, переходим к следующему пункту.

В крайних своих формах неотения перетекает в неприкрытое легионерство. Ибо мечтательная жизнь требует всё больших впечатлений. Как метко выразился Честертон,

Наступает вечерний час, когда ребенку надоедает «представлять», он устал играть в разбойников или краснокожего индейца. Именно тогда он мучает кошку.

И это тоже отражено в культуре. Например, в романе Мамлеева «Шатуны» постоянно подчёркивается, что тамошние извращенцы и маньяки (как «глубинная» фракция, так и «утончённая») — это не желающие взрослеть люди. Один из персонажей, который постоянно зачинает и убивает нерождённых детей, делает это потому, что не хочет скучной семейной рутины. 

В этой связи неудивительны примеры из статьи про легейон, от эксцессов в кругах толкиенистов до острова Эпштейна. Ведь что на нём делали? Развлекались! Что любопытно, одним из главных архетипов фейри является таинственный остров. И тут головоломка собирается окончательно!

Так что неотения грозит опасностью и практикующим её. И не только в особо экстремальных случаях. Для любой слаженной работы в принципе нужна хоть какая-то серьёзность. Парадокс любых свободолюбцев: сколько ввести несвободы, чтобы дело не распалось? Те же социалисты и анархисты в конечном итоге вводили порядки, подчас более суровые, чем у «замшелых реакционеров». Так что тусовка неотенистов либо перейдёт к бесконечному распаду и бессмысленному словоблудию, либо её участники будут строить подобие порядка, и скорее всего им станет тирания под маской анархии.

Итак, неотения в пределе — это попытка построить паралелльное человечество, для которого люди («нормисы» и «быдло») будут источником ресурсов и объектом унижений. Что-то подобное можно видеть в довольно базированном по идеям японском сеттинге «Dorohedoro», где в роли эксплуататоров выступают маги-демонопоклонники, тиранящие людей без сверхспособностей из «дыры», или во вселенной «The Boys» (правда, сериал по ним всё равно ультра-повесточный, и неплохие потенции утекают сквозь песок).

Неотения и христианство

И следующий вопрос — почему конкретно православным есть до этого дело. В конце концов, для Церкви есть угрозы посущественнее, чем какие-то мелкие кучки инфантильных гиков. Попробуем разобраться.

Христианское мироощущение — неважно, «катакомбное» или «имперское» — чуждо неотении как принципу бытия насколько это возможно. В христианстве всё серьёзно, картина мира — чёрно-белая, за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда (Мф. 12:36).

Христианство — это всегда разнообразные служения, и духовные, и гражданские. Даже внешне причудливые формы христианского подвига, как юродство ради Христа, предполагают внутреннюю самодисциплину, которая превосходит таковую у обывателей.

Не только социальная деятельность христиан (допустим, кто-то не приемлет государственное христианство, «карательное» христианство), но и внутреннее делание, невозможно без обретения внутренней взрослости.

Многие могут парировать эти мысли отсылкой на Христа: «будьте как дети» (Мф. 18:3, Мк. 10:14). Но это столь же «справедливо», как выводить из «подставления второй щеки» запрет на любые военные действия. К тому же, в Новом Завете есть и другие слова по этому поводу (1Кор. 14:20):

Братия! не будьте дети умом: на злое будьте младенцы, а по уму будьте совершеннолетни

Толкования можно почитать здесь.

Становясь популярно, неотения проникает и в церковные круги, в форме «православия-лайт», обновленчества и т.п. вещей. Причём эксплуатируя определённые аспекты христианства, его неотмирность, гуманность (не путать с идеологией гуманизма), преодоление социальных рамок. При этом внешние противники христианства — варвары, мусульмане, аутентичные коммунисты и нацисты — вовсе не неотеничны, а вполне себе серьёзны (иногда зверски-серьёзны!) и идейны. Неотения — это даже не внешняя угроза, а внутренняя болезнь христианского общества. 

Напоследок стоит сказать, что стилистически наше сообщество — неотенично в немалой степени! Да и контингент — явно не трудяги с завода или бойцы из окопа (ну-у, большинство). Можно сказать, что ПКБ — это представительство Церкви в неотеническом мире (неформальном, гиковском). Неотения как «способность удивляться» может сослужить службу в поиске необычных решений, стать творческим методом. Примерно как свойство фантазии в статье от о. Даниила. Склонность к юмору, творческой игре, не означает автоматически внутренней неотении. Здесь главное — помнить о градации важного и второстепенного.

[1] Примечание. 

Уже при подготовке этой статьи выяснилось забавное: Хесус (или лучше сказать — Антихрист?) Маэстро является воинствующим (!) атеистом тройной отгонки, считает религию — «миром иллюзий», церковное христианство — «изобретением Павла» (повеяло агарянско-долбославским душком) и несёт прочие безумные глаголы. Также у него присутствует и нейтральная, но «серобуромалиновая» и неочевидная логика, например, что корень неотении — в немецком романтизме, а лекарство от неё — чтение Donkey Hot'a «Дон Кихота». Или что признак неотении — «чёрно-белая» картина мира. Но позвольте, такая картина мира как раз присутствует у религиозных фундаменталистов, для которых каждое слово и действие серьёзны. Это всё очень забавно, учитывая, как за последние годы мы сами минимизировали упоминания, скажем, Г. Климова, чтобы не вводить в соблазн читателя (хотя кое-что осталось с инструментальной целью). Но мы-то нефоры и гики, а «супер-ревностные антимодернисты» из кругов сайта Р. Вершилло, разнося, например, как абсолютно вредного автора Достоевского, не говоря уж о Мамлееве, используют для своих изысканий таких вот мыслителей... Получается, у самого Антихриста Маэстро и христианство — неотения. Что, впрочем, не помешало создать эту статью :)