То, что гламурная культура несовместима с христианским мировоззрением — тезис, кажется, очевидный. Богемный мир культивирует целый ряд страстей: блуд, превознесение и гордыню, сребролюбие. Даже прицельной оценки Церковью не надо, чтобы это понять, достаточно знать основы её нравственного учения. Интересно, что в Старой Европе слово «гламур» означало не что иное, как магию «дивного народца».
Однако в наше время произошёл интересный процесс: попсовая культура стала «магнитом для ненависти» разнообразной интеллигенции и «небыдла», да и у многих обывателей тоже — по крайней мере, наиболее одиозные её представители. Каждый вспомнит тысячи шуток про Ф. Киркорова, Д. Билана, Тимати, «Дом 2» (кто постарше), Моргенштерна с Инстасамкой (кто помладше).
Альтернативой попсе многие считают неформальную культуру (рок в самом широком смысле). У самих рокеров это вылилось в потешный «крестовый» поход против попсы, который негласно возглавлял Ю. Шевчук (о том, чем это персонально у него закончилось — ниже). Насчёт рок-культуры у православных пастырей XX суждение тоже в основном негативное. Но у некоторых церковных спикеров в новейшей истории России появилась следующая идея: «пусть сам рок и не благочестив, но его поклонники — люди ищущие, поэтому их легче привести к христианству». Отличился на этом поприще бывший протодьякон А. Кураев (иноагент), а также покойный игумен Сергий (Рыбко): но второй, по свидетельству духовных чад, в последние годы существенно снизил симпатии к року.
На первый взгляд эту логику понять можно: если человек идейный, но идея ложная — можно его «перекодировать» на Истину, а если он живёт только ради удовольствий — то в принципе закрыт для проповеди. Мы же помним Савла-Павла, бывшего колдуна Киприана, Марию Египетскую, князя Владимира; в новейшей истории есть мученики, перешедшие в Православие из революционных движений. Быть теплохладным хуже, чем горячим или холодным (Откр. 3:15-16), как известно. О. Даниил Сысоев говорил, что легче ваххабита-фанатика привести к православию, чем мусульманского обывателя (впрочем, он же писал, и что христианство лучше подходит для людей деловых и простых, а не одержимых сверхценными идеями).
Так или иначе, но на практике с субкультурами не всё так гладко.
Личный опыт, конечно, не является ключевым критерием истины, но автор этих строк немало провёл времени в неформальных компаниях. Безусловно, отличием их от иерархических околоуголовных субкультур является меньшая агрессивность, обусловленная неотенией (здесь есть отдельный подводный камень, т.к. у людей внешне миролюбивых, но не имеющих внутреннего основания для милосердия, агрессия не исчезает, а перетекает в иные формы). При этом «неординарность» среднего неформала преувеличена: в основном отличие от тусовок «нормисов» строится только на том, что своя тематика неформалам интереснее, чем обывательская (группы, фильмы, одежда). В общем и целом общение сводится примерно к тем же темам: отношения, развлечения, юмор и пр. Разумеется, в этой среде есть свои творческие личности, думающие «о чём-то большем», но это именно отдельные индивиды, и их часто сковывают рамки субкультур, привлекают политизированные (или, увы, оккультно-сектантские) организации вместо обычной «тусовочной» социализации.
Вообще, демагогия «крестового» похода рокеров на попсу — откровенно натужна и смешна. Например, возьмём образы из Той-Самой-Легендарной-Песни Шевчука и компании:
Попсой быть очень круто, но запомни одно:
Попытка выбраться оттуда кончится прыжком в окно!
Типа, попса несёт суицид. Намёк, очевидно, на Сергея Сорина из «Иванушек International». Только вот в рокерских кругах суицидников (или умерших от передоза/перепоя, что в христианстве примерно одно и то же; а Юрка-музыкант считает себя христианином) — вагон и маленькая тележка! Хуцпа какая-то.
Они с гордостью носят имя славной попсы
Под звёзд удачно косят, но грызутся, как псы
Тут, конечно, Шевчук не обладал послезнанием, но впоследствии произойдёт и распад Арии, война Князя с Горшком (потом — «Северным флотом»), расход по углам дихотомии братьев Самойловых.
Их покровители крутые, из-за их широких спин
Торчат самоубийства и дешёвый героин!
Покровители у попсы 90-х действительно были не ахти (например, С. Лисовский, возможно, замешанный в смерти И. Талькова и А. Шишинина, продюсера «Комбинации»)... но опять же, героин — это бич рокерского мира. Певший вместе с Шевчуком эту же песню Михаил Горшенёв умрёт именно от героина.
Они кичатся извращениями и грязным бельём
Они избрали королеву и продали её
Одурманенные рокеры, прорвавшись туда
Растворяются, как в водке ключевая вода!
Извращения в попсе 90-00-х действительно не были редкостью: Моисеевы, Пенкины, ТаТу. Правда, власть, которая хоть как, но запретила это, Юрка-Музыкант считает лютыми злодеями, ну бывает. Ладно, допустим, в постсоветской России видных рокеров-гомосексуалистов не было (хотя против 121-й статьи на излёте Совка они выступали, ха-ха)... мужского пола, по крайней мере, и в открытой форме. А вот «лесбо-рок» — стал целым жанром.
Про образность водки тоже смешно: в попсе если и поют о пьянстве, то в юмористическом ключе (Дюна, Дискотека авария), а жизнь классических рокеров как правило неотделима от самого классического алкоголизма (ЗОЖ — это уже новая волна, в том числе от рефлексии о прошлом, как у Руслана Пургена, который, впрочем, стал патриотом-красконом). Если уж сравнивать уровень романтизации пьянства, то логичнее помериться здесь с шансоном (который рокеры тоже шаблонно ненавидят до мозга костей, но об этом можно в другой раз).
Тут въедливый читатель канала ПКБ может вспомнить одну нашу публикацию со словами афонского монаха Арсения (Йовановича), бывшего рокера, преодолевшего в т.ч. наркоманию:
...все наркозависимые, на самом деле, великие искатели Бога. Это нежные, тонкие души, которые с трудом переносят холод и серость этого мира. Никогда не делайте ошибку, думая, что наркоман или алкоголик — это похмельный человек. Это неправда, это души, которые ищут Бога, но при извращении этой цивилизации им не предлагается Бог, а предлагается им все, что противоречит этому.
Фраза, если призадуматься, довольно претенциозна, особенно категорическое первое слово: «все». Но о. Арсений всё же не канонизирован, и слова эти — не догматичны. К тому же, если мы говорим о всех наркозависимых, то это не только рокеры. Алкоголизмом страдают и обыватели, наркозависимостью — представители криминалитета. Рэпер-антинигилист Андрей Бледный (25/17) пришёл к христианству от наркомании, но он, хоть и увлекался роком в юности, но аффилирован был больше с уличной культурой и движением ультрас, чем с либеральными интеллигентами в свитерах и роговых очках, что вещали о злой попсе (и даже перестал с друзьями слушать Кинчева, когда тот ляпнул в песне «мы педерасты» назло «сусловцам»). В рамках этой цитаты претензии рокеров на исключительность несостоятельны.
При этом показателен диалог на ток-шоу о. Даниила Сысоева (да, и здесь он поспел!) с представительницей субкультуры готики. Батюшку уж точно не обвинить в «пособничестве гламуру», да и некоторые рок-песни он слушал. Попсовые тексты — просто пошлые, а в неформальных — часто буквально воспевается тьма. На возражение, что «это честный показ жизни», пастырь возражает: нет, не честный, это выискивание грязи, как у мух.
Некоторые попсовые деятели бывают одиозны в плане религиозных взглядов. Например, известная королева песенного брейнрота Катя Лель верует в сверхразвитых пришельцев (и даже на канале СПАС это пропагандировала). Но, опять же, в поп-культуре это — скорее статпогрешность, и большинство её носителей — захожане или абсолютно теплохладные агностики. А сколько среди рокеров атеистов демьянобедного пошиба, неоязычников, нью-эйджеров, оккультистов, открытых сатанистов (сатанизм запрещён в РФ) — перечислить не хватит и лимита символов в статье (а то и хранилища на сайте). «Дискотека авария» в наше время как-то показала на концерте комичного Христа с пивом — но у рокеров и панков антирелигиозный кампф встречается через слово. Причём в унылом рокапопсе вроде Би-2, Мумий Тролля и Зверей нарваться на что-то такое — шансов гораздо меньше, чем в каком-нибудь хардкоре (Би-2, впрочем, в последние годы до релокации активно культивировали образ злых и нетерпимых верующих, но это был именно отрыв от попсы, в т.ч. в сторону чуть ли не гигеровской эстетики).
Что касается Шевчука, в 2024-м его «крестовый» поход закончился, как и обычные крестовые, на Ближнем Востоке... но есть нюанс:
А ведь именно Алла Пугачёва была той самой злой королевой, last boss-ом фракции попсы в его песне. Но нет: рокерский бунт оказался фальшивым, и либеральные ценности сплотили якобы злейших врагов.
Впрочем, нет нового под солнцем, как говорил Экклезиаст:
Православный литературовед профессор Михаил Дунаев (+2008) делил культуру на сотерологический и эвдемонический типы. Первый связан со стремлением к спасению души, второй — с достижением земного благополучия.
Безусловно, попсовая культура является частью эвдемонической. В том числе её «патриотический» и «духоскрепный» подвид, вроде Шамана, Miravi и тому подобных представителей эстрады 2020-х. «Светлая» образность такого рода, соблюдая рамки общепринятой морали и взывая к неким положительным ценностям, по этой причине остаётся малоинтересной и пустой на взгляд христиан.
Но альтернатива-то — тоже эвдемоническая! Причём и попса, и рок — эвдемоничны с переходом в гедонизм (ещё одна форма культуры, где, в отличие от обычного эвдемонизма, удовольствие над получать здесь и сейчас). И в случае с андеграундом гедонизма бывает даже больше, чем у представителей гламура — просто он имеет более «бюджетные» формы по чисто финансовым причинам.
Как говорит упомянутый выше о. Арсений:
Рок-н-ролл был нашим криком о свободе, но криком, обращенным не туда. Мы искали абсолютную любовь там, где ее нет, — в гедонизме, который быстро обернулся культом смерти и саморазрушения.
Не в ложном идеализме, заметим (как в какой-нибудь секте), а именно в гедонизме.
Также упомянутый выше Дунаев писал в статье против рок-миссии:
Противоречие между Церковью и миром ничуть не смягчается тем, что падший мир имеет свои элитные районы, богемные закоулки или грязные трущобы.
С того времени кое-что изменилось, и многие формы рока уже не назвать грязно-трущобным. Повысился уровень музыкантов, многие ведут обычную семейную жизнь, избегают пагубных аддикций и сильно переходят за грань Клуба-27, поют о неких общечеловечески-положительных ценностях типа любви к родителям, ностальгии по малой родине, вреде наркотиков. Ярким примером является группа из новой волны панка «Sellout» (с музыкантами резиденты Крафт-бара пересекались и в реале). Упрекать подобные проекты в проповеди безобразия было бы излишне, но их эвдемонизм неоспорим.
Гламур и андерграунд — это даже не злодеи, которые сражаются друг с другом (как коммунизм и нацизм, например). Как говорилось в одном похабном анекдоте, «Чужой совсем не против Хищника».
Например, в фильме «Круэлла» (2021) показывают злодейку из «101 далматинца» в молодости, и она, оказывается, была креативной и добродушной неформалкой. Эстелла (будущая Круэлла) противостоит чопорным модельерам-корпорантам-консерваторам, якшается с жуликами и педиковатым продавцом одежды. В самом сюжете в общем нет никакого бунта (та и другая сторона занимается пошивом модных шмоток), но и вне сюжета: фильм-то сняли не неформалы и бандиты, а те самые чопорные корпоранты.
Или, например, на момент написания статьи в процессе съёмок находится новая экранизация «Нарнии». Вся она по задумке режиссёра Греты Гервиг будет пронизана эстетикой нью-эйджа и старого рок-н-ролла (Deep Purple, Дэвид Боуи). В чём здесь противостояние попсе? Это именно что мода, причём давно ставшая традиционной (более полувека прошло с момента пика этих проектов).
Сщмч. Иоанн (Восторгов) писал про дихотомию капитализма и социализма:
Глубокий и грубый материализм характеризует социалистическое учение и совершенно роднит его с капитализмом. Но почему же они враждуют? Ответ был бы ясный и простой: они не поделили одного и того же блага, которое они считают главным и единственным, именно — земного благополучия.
То же самое мы видим в конфликте «попсы и нефоров». Только эти не поделили права нести гламур в массы (очаровывать магией). Тут можно вспомнить благой и неблагой дворы у фейри (при том, что оба не особо хороши для людей).
Те же из неформалов (или из гламурщиков, why not?), кто склоняется к сотериологической культуре хоть немного, выйдут за рамки этой дихотомии.
И, собственно, часть представителей андерграунда это понимают.
С. Речкалов (Луиджи Амилькаре), анархист-эмигрант из России во Францию, пишет на ТГ-канале:
Ну и вот знаете, брожу я по чужому городу, по сердцу буржуазной пропаганды, как Данила Багров, смотрю со стороны, только вместо Наутилуса в наушниках играет Дэт ин ром. Лайф пластик ис фантастик. И не могу понять, кого я ненавижу сильнее. Тех, кто наверху, е***их миллионеров, бомонд культурный? Прислуживающую им богему? Людей снизу, что хотят приобщиться к этому празднику пропаганды, лжи, лицемерия и капитала? Людей за оградой, что преклоняются перед этим праздником? Всех тех снизу, чьё восхищение и даёт социальную силу этому празднику, всем этим у****ам сверху?
Или, может, леваков я ненавижу сильнее? Грязь, сквотеров, анархистов? Какой из этих миров мне более ненавистен?
А потом я вспоминаю, что это один мир. Что дети тех самых миллионеров, богемы, прислужников капитала - именно они идут на сквоты и надевают чёрное на протестах. Я повидал большие сквоты. Сколько из их жителей были детьми простых людей? Меньшинство! Эти пидоры в основном дети богатых родителей! Они заполняют сквоты, университеты и редакции культурных изданий! И учат нас, бедняков, нашим привилегиям!И вот понимаешь, как же эти два мира связаны. Грязный сквот и красная ковровая дорожка это же два лица одного мира.
Последняя фраза чуть ли не дословно повторяет слова М. Дунаева! Речкалов, впрочем, делал экивоки христианству в пику тупорогому однобитному атеизму (для некоторых из апологетов это было первым шагом ко Христу, правда, он пока что дальше не пошёл).
А это — упомянутый выше Руслан Гвоздев (Purgen), ставший из обычного анархопанка — антинигилистом и конспирологом красконовского толка, ярым патриотом РФ:
У меня панк-рок просыпается, когда я нахожусь на тусовке мажоров. И всё: «Извините, пожалуйста», «Ой, можно я сюда поставлю?», «Эти уберу». Мне хочется запрыгнуть на стол и сказать: «Вы что, о...и!». Вот прямо так. Понимаешь? Когда я нахожусь среди, допустим, неврубающихся молодых панков: «О, б..., ништяк, в помойку полезли все!» Мне хочется сказать: «Вы что, бомжи, что ли? Куда вы в помойку-то лезете?!» Boт у меня такой вот панк.
Или — тоже панк, но из другого края спектра, Хоха Рамонов (Электрозомби), называющий себя православным, правым либертарианцем, выказывающий уважение к Николаю II:
В Америке сейчас нет никакой разницы между андеграундными панками и Леди Гагой с Мадонной, ибо они поют абсолютно об одном и том же! И разумеется, когда нужно, и те и те поддерживают "прогрессивные" силы, демократическую партию США и террористические организации типа Black Lives Matter. Того, кто это всё не поддерживает, тут же отменяют, как это произошло с Майклом Грейвзом. Мейнстрим диктует повестку: многие панк-группы посвящают целые альбомы тому, какой плохой Трамп. А вы можете вспомнить хоть один альбом, где обсираются Обама или Байден? Безбашенных рок-музыкантов назначили продавцами на рынке идей, где они (сами того не осознавая) торгуют людоедскими идеями, а бенефициаром выступает Глубинное Государство.
Ну что ж, прозрения неплохие.
Разумеется, за гламур заступаться никто не собирался. Но отвержение гламура — это слишком легко и дёшево, сказать «Дом-2 отстой» или «Тимати лох» может кто угодно. А вот деконструировать рок-бунт в среде интеллигенции — актуальная задача. Показать образы ложного андерграунда, обывательскую, прогрессивистскую, эвдемоническую и гедонистическую суть «пластмассового бунта» (такого же, как и то, против чего он направлен) — одна из важных задач современного антинигилиста. Попытка предпринята, например, Лёхой Жёлтым из группы Cart-blansh с красконовскими взглядами, в книге «Панк». Нужны и отчётливо православные произведения на этом поле.